Футбол как повод

Лозунг на канале «Евроспорт» на время чемпионата –«Четыре недели без секса»
ДАВНО ЧТО-ТО Я Степку не видел. Что-то неделю уже или, хуже того – аж две! Где бы это ему быть с эких пор? Уж не к тетке ли махнул в Гильзенкирхен? Да, скорей всего. А то куда ж? Не в Саратов же, тоже мне Чацкий.

А в Гильзенкирхене что нынче творится! Или нет, погодите, сначала так: тетка-то у Степки, с его, конечно, слов, вроде как сказочница былинная: и тебе грибочков насолить, даром что немка, и тебе пива хряпнуть под разговор, даром что пиво ее, немецкое, а разговор наш, хмельной. Прямо сага какая-то, а не тетка! Я еще, помню, спросил: «Мож, она и с похмелья болеет, как настоящая?» А он говорит, мол, а то! Так, говорит, болеет, что аж завидно! Тут я, помню, не стерпел, в гневе праведном рассердился и кричу: «Ты ври-ври, да не ври, блин! Кого ты, блин, равняешь-то! Немецкую тетку с русским похмельем!» Но это ладно, это я так, бессвязно припомнил. А если на самом деле, то куда бы это, действительно, Степке деться?

Хотя, с другой стороны, событий-то сколь окрест! Это ж если на каждое событие по колокольчику вешать, то от звона не то что ошалеешь, а сам в дребезню обратишься. Взять хоть тот же футбол. Они ж все пинают и пинают, пинают и пинают, и все не просто так, а со смыслом, и каждый пинок знаменателен, каждый пинок – событие. Тот вон в сутолоке у ворот пропихнул мяч мексиканцам в сетку, и целый Иран зашелся в праведном крике! Но не в смысле, что дайте, мол, нам все же уран пообогащать, а в том смысле, что, мол, и мы умеем мячи куда надо пропихивать. И такие крики, думается, для человечества в целом гораздо приятней и полезней, не говоря о мексиканцах, конечно.

Или взять итальянцев с их оборонительной тактикой. Какая там оборона! Так они поперли в первом тайме, так поперли красиво, что я, хоть и не итальянец, а расцветал на глазах, аж болеть за них стал! А когда один из них по футбольной своей привычке пнул красиво – я ж только на чай подуть собирался. Какой там дуть! Так и проглотил, не подув. А потом еще минут десять орал, то ли от радости, то ли от кипятка, насквозь прошедшего. Чем не событие? И заметьте связь метафизическую: этот там, в Германии, мышцы сокращает в красивом стиле, а я тут, в России, по его милости корчусь.

А африканцы как на трибунах танцуют, вы видали? Это уже событие культурной жизни. Улыбаются, извиваются, свингуют себе потихоньку и вслух. Некоторые даже на поле не смотрят. А зачем? Чего они там на поле не видели? Им и так хорошо, радостно от того, что в мировом сообществе они занимают равные позиции: мол, бразильцы пинают и танцуют, и мы пинаем и танцуем – ничем не хуже. На этой мысли, кстати, я как-то расстроился и даже чай пить перестал. Ну потому что как так – Гана пинает, Тринидад и Тобаго пинает, все пинают, а мы все никак не можем к мячу приложиться? Но это с одной стороны, с грустной. С другой стороны, радуюсь же я, когда австралиец забил, значит, и я часть мирового сообщества, не чужой на этом празднике жизни. Значит, чемпионат – он не только мира, он и наш немножко… Самую малость, правда.

Так что, вполне я допускаю, что Степка туда махнул, во-первых, приобщиться к мировой культуре мячепинания, во-вторых, к тетке немецкой за пивом. Да я вот даже припомнил сейчас: ну точно, он так и говорил: «Махну, куда глаза глядят». А они у него куда глядят? Они у него постоянно к носу клонятся. А на носу-то как раз чемпионат этот самый и был. Вишь, как все сошлось, вычислили мы его. «Полили ли лилии у Лилии?» – Но это я так, бессвязно припомнил, не обращайте внимания.

Или мог он еще махнуть знаете куда? Да на Сабантуй он мог махнуть, который на тех выходных прошел. И совершенно неважно, что он наполовину русский, наполовину немец, а еще на третью половину вообще тунгус какой-то. На Сабантуй всех пускали, там все были равны, прям как на чемпионате мира. Да и праздник был ничуть не менее радостным и объединяющим. Трибун на сто тыщ никто не строил, конечно, да и не надо это было. В лесопарке за цирком, например, люди расположились прямо на травушке да на лавочках. Понакупали кто кумыса, кто других национальных блюд и давай на солнышке греться, по сторонам поглядывать. В одну сторону глянешь – там столб стоит высокий с призами наверху, и по столбу молодежь прикалывается: кто, мол, быстрее заберется. В другую сторону глянешь – там джигиты по лошадям отрываются, скачут куда-то на них. Тоже здорово, это ж нынче типа экзотики. Вся жизнь вокруг уже давно в какой-то технотрон превратилась, а тут нет, тут все по-старому, по-доброму – на лошадях. Я, кстати, тоже прикололся: сел верхом. Ох и удовольствие, скажу я вам! Так страшно, такая большая она, эта лошадь, и вся под тобой двигается, идет чего-то себе, ушами прядет. Скакать не рискнул я, правда. Я ж даже автомобилем-то управлять не умею, а тут целая гора мышц! Кто его знает, как мощно они сокращаются, эти мышцы?

В третью и четвертую стороны если посмотреть, тоже все было радостно так, мирно: пели песни, конкурсы устраивали, угощали всякими непонятными вкусностями. А главное, какие-то все дружные были. Вот дружные, и все тут. Вроде толпа народу, вроде праздник, а никакого тебе экстремизма, никакой ругани, даже не сматерился никто ни разу в пределах моей слышимости. Или потому, что Степки рядом не было? Так я, между прочим, и не встретил его там. Похоже, все же на чемпионате мира он.

Да и мне надо собираться – сегодня вон опять три матча, поболею за кого-нибудь. А знаете, кстати, какой лозунг на канале «Евроспорт» на время чемпионата? – «Четыре недели без секса». Вот такое это событие. Да что там «Евроспорт», я и из форточки чьей-то уже слышал, донеслось женским голосом: «А может, я хочу, чтобы ты мной любовался?» Не, девчонки, не время сейчас. Сейчас время любоваться дружбой между народами, через футбол хотя бы.