Валерий БЕЛОУСОВ: Главное — внутреннее равновесие

Совсем скоро — 17 декабря — самый титулованный наставник КХЛ Валерий Белоусов отметит свое 60-летие. Никто не сомневается: на Валерия Константиновича в этот день обрушится шквал поздравлений со всей страны. Да что страны — со всего мира. Ведь о "белоусовском стиле" знают все ведущие хоккейные специалисты: от Северной Америки до Японии.
— Валерий Константинович, признайтесь: уже думаете, как будете отмечать свой юбилей?

— Так получается, что день рождения у меня всегда выпадает на перерыв в чемпионате. Но тренировки-то никто не отменяет. Поэтому выберу в декабре какой-нибудь ближайший к дате выходной, приглашу друзей. Ну а по-настоящему потом в Челябинске отмечу: со своими родственниками, они у меня в основном в Свердлов­ской области живут, с теми, с кем в "Тракторе" поиграл и поработал в свое время. Дата круглая, тут не отвертишься.

— А в вашу бытность игроком как свои дни рождения отмечали?

— Как правило, не до того было. Играли ведь, в поездках все время. В Канаде несколько раз свой день рождения встречал, в Японии... А в последние годы — уже дома. Запомнился 1998 год, мне пятьдесят стукнуло. Вот тогда были подарки так подарки: "Металлург" чемпионат выиграл, Евролигу... Хороший был год!

— Весной, когда вы вернулись в Магнитогорск, в одном из интервью обронили такую фразу: "Словно бы и не уезжал никуда". Действительно ли присутствовало это ощущение родных стен?

— А вы как думаете? Проработать в команде семь лет — это срок серьезный. Уже знаешь тут всех: от персонала до руководства клуба. Не надо заново привыкать, не надо приспосабливаться.

— А если о команде говорить?

— Ну от той команды, с которой я работал, остался один Гусманов. Хотя со многими игроками я знаком по другим коллективам, по сборной, в которой помогал Борису Михайлову. А если говорить о стиле команды, о почерке... После меня четыре тренера с "Магниткой" работали, в том числе два ино­странца — чех и канадец. Каждый ведь привносил что-то свое.

— Для многих в конце прошлого сезона словосочетание "безработный Белоусов" звучало, мягко говоря, не очень привычно...

— Конечно, осталась обида на "Авангард". Даже не обида, боль от того, что не дали сезон закончить. И дело вовсе не в моих заслугах, регалиях. Менять наставника в разгар чемпионата, когда команда идет на восьмом месте... Я ведь всегда повторяю: хоккеистов готовлю не на полсезона, а к самому главному, к плей-офф. И совсем не обязательно золото получит тот, кто в "гладком" чемпионате на первом месте идет. Примеров подобных сколько угодно.

— Наверное, в хоккее понятия "триумф" и "разочарование" часто соседствуют...

— Нередко. Взять тот же "Трактор" 1990-х годов. Команда стала бронзовым призером чемпионата страны, функционально она была готова лет на десять вперед. И вполне могла претендовать на золотые медали. Поддержи нас тогда город, поддержи руководство завода, и кто знает... Жалко. Было обидно за ребят и за ту работу, которая оказалась невостребованной.

— Но сегодня мы все свидетели того, как "Трактор" снова набирает обороты...

— Да, сейчас это уже не та команда, которая была всего пару лет назад. Хороший подбор хоккеистов, дворец новый строится... Видно, что появилась заинтересованность, возможности появились. А школа "Трактора", его болельщики — они вообще никуда не исчезали. Так что в Челябинске потихоньку все становится на свои места.

— Под сводами "Арены-Металлург" висят шесть свитеров легендарных игроков "Магнитки". Кого бы вы еще в этот ряд добавили?

— Трудно сказать. Второго Корешкова, Саши, наверное, не хватает. Вот закончит он игровую карьеру — может, повесят и его номер. Под крышей дворца должны быть свитера хоккеистов, долго поигравших за клуб, завоевавших для него важные трофеи. И пусть молодежь знает своих героев. А места под сводами еще много.

— Трудно назвать хоккейные титулы, которыми не обладает Валерий Белоусов. Чего-то еще хочется?

— Всегда чего-то хочется. Многого еще в моей коллекции не хватает. Как игрок — ничего, кроме бронзы чемпионата страны, не получал. Как тренер — не выигрывал Олимпиаду и чемпионат мира...

— А Кубок Стэнли?

— Никогда не хотел, не мечтал играть в НХЛ. Может, время такое было. Тогда мы даже думать об этом не могли.

— Зато в Японии несколько сезонов провели.

— Я туда уехал играющим тренером, когда мне было 33 года. Эти три сезона в Японии мне многое дали. Главное — внутреннее равновесие. Я отстранился от суеты, которая здесь постоянно нас сопровождает, сосредоточился на тренерской работе. Можно сказать, уехал одним человеком, а вернулся совсем другим.