Но пообщавшись с ней самой, ее друзьями и отцом Юрием Владимировичем, я лишний раз утвердилась в мысли, что никакой случайности в этом восхождении нет. Просто Юля так давно занимается спортом, что подобные достижения воспринимает как вполне нормальное явление, как естественное продолжение тренировочного процесса, длящегося более двадцати лет (в январе героине материала стукнет двадцать четыре).
Юля – дочь известного в спортивном мире скалолаза, ледолаза, альпиниста и просто большого поклонника горного туризма Юрия Олейникова. Отец – главный наставник спортсменки, прививший ей любовь к природе и горам и вдохновляющий дочь на покорение новых вершин. Среди ближайших планов папы – победа дочери на Кубке мира по ледолазанию, в которым Юля занимается последние шесть лет и уже выиграла «серебро» и «бронзу» чемпионатов мира.
– Ее спортивная участь была предопределена – рассказывает Юрий Владимирович, – о том, что дочь будет заниматься спортом, мама была поставлена в известность сразу же после рождения Юли. Я всегда мечтал приобщить дочь к горам и скалолазанию. А чтобы ребенок нормально развивался, в три года привел ее в спортивную гимнастику. В девять лет она начала слишком быстро расти (сейчас Юля практически одного с отцом роста – под метр восемьдесят), и тренеры ее «забраковали». Долго переживать по этому поводу мы не стали и пошли в бассейн. Плаванием она просто заболела: ходила на тренировки до уроков в школе, вставая в шесть часов, чтобы успеть. После занятий опять бежала в бассейн. Откуда брала силы – не знаю. Через шесть лет, когда плыла уже под «кандидата» – до выполнения норматива КМС не хватало какой-то секунды, бассейн закрыли. Юля очень переживала, так как без плавания себя просто не мыслила. Мы даже пытались устроить ее в спортивную школу в Волгограде, но, как говорится, бог отвел. Дочь подалась в биатлон, потом в секцию пулевой стрельбы, а лет в восемнадцать впервые попала в горы….
Пообщаться с землячкой, увлекающейся больше скало- и ледолазанием, но вписавшей свое имя еще и в историю альпинизма (по ее мнению, почти случайно), я пришла в городской клуб туристов, где у скалолазов находится специализированный зал и где Юля с недавних пор учит лазать по отвесным стенам юных магнитогорцев.
– Я не выделяю среди своих увлечений любимые – затруднилась сделать выбор Юля. – Скажем так: тренироваться на скалах летом мне нравится больше, чем плавать, а плавать – больше, чем бегать кроссы. Я люблю спорт целиком, а не частями. И не спрашивайте меня, за что, спорт – это не мой выбор, это моя жизнь.
– Твои знакомые говорят, что тебе достаточно легко поддерживать спортивная форма...
– Знаете, я очень рослая для скалолазания, и не те мышцы у меня развиты, и пальцы слабые. Маленьким худеньким девчатам гораздо проще в этом виде спорта. Бегать я не люблю вообще, из-за этого и из биатлона ушла, а кроссы часто нужны, чтобы «подсушиться», похудеть. И мне всегда было трудно распределить правильно нагрузку: работать при лазании нужно всем телом, я же больше упираюсь руками, они быстро забиваются и требуют отдыха. Так что это кажущаяся легкость.
– Тогда почему именно скало- и ледолазание? Идешь от противного? Или закаляешь характер?
– Скалолазание – это ведь не только тяжелые тренировки, это, в первую очередь, общение – с друзьями, природой. Летние тренировки на скалах я просто обожаю. Лес, свежий воздух, костер, песни под гитару невозможно не любить...
Постепенно в разговоре выяснилось: тренировки у Олейниковой проходят с удовольствием не столько потому, что со спортом Юля дружит всю свою сознательную жизнь, сколько из-за ее философско-веселого взгляда на жизнь:
– В спортзале я не убиваюсь, – делает шокирующее признание спортсменка.
И я вдруг понимаю – передо мной очень уверенная в себе женщина, не раз получавшая от жизни поощрение своему нестандартному, по общепринятым меркам, подходу к тренировкам. И что важно – при всех своих заслугах и титулах сохранившая ту простоту и легкость в общении, которая свойственна сильным не столько телом, сколько духом людям. Юля между тем продолжает:
– Интенсивность занятий зависит от настроения: если мне не хочется заниматься или я устала, то просто сижу, смотрю, как другие тренируются. Придет рабочий настрой – буду пахать до седьмого пота. На соревнованиях тоже с ума не схожу. Нет, я, конечно, стремлюсь показать лучшее, на что способна, и первой быть всегда очень хочу, но рвать себе нервы в клочья, рыдать, как некоторые спортсмены при неудачах, ни за что не буду. Когда спокойно, без фанатизма относишься к результату и не зацикливаешься на победе, выигрываешь почему-то чаще…
Когда ей исполнилось восемнадцать, отец впервые привез Юлю в легендарные Фаны. Сегодня в Таджикистан Олейникова не просто ездит – она работает уже третье лето подряд в расположенном там московском альплагере. Совмещает приятное с полезным: зарабатывает деньги в одном из красивейших мест планеты, в любимой альпинистской среде. А заодно тренирует организм высокогорьем. Именно это помогло ей при восхождении на Ама Даблам. Юля была единственной дамой в команде южноуральских альпинистов, но справилась с нагрузкой лучше многих мужчин, так как тяжелую для всех акклиматизацию прошла накануне в Фанских горах.
Мы встретились с Юлей через месяц после возвращения из Непала, но воспоминания о нагрузках и опасностях были еще свежи:
– Гималаи очень понравились, но в стан альпинистов не затянули, – признавалась все еще немного уставшая от поездки Юля, – выполнила «кандидата» (восхождение дает ей право на получение разряда кандидата в мастера спорта – прим. авт.), и хватит. На самом деле альпинизм – это слишком тяжелое для девушки занятие. И опасное. Больше всего вспоминается ночевка под ледником накануне штурма вершины. Он был огромный, просто море снега, и обустроить штурмовой лагерь в другом месте не представлялось возможным. Накануне ночевки ребята развлекались, как могли: вспоминали страшные случаи, когда обломившийся ледник – ночевки под ледниками для альпинистов не редкость – просто смывал горе-путешественников. Такое в горах случалось много раз. А тут у нас еще непогода была. В общем, вместо того чтобы набираться сил перед подъемом, всю ночь я молилась, чтобы нас миновала сия участь.
Нет, впечатлений от Гималаев, конечно, много. Катманду – столица Непала – потрясающий город, огромный экзотический базар. Купить хорошие, фирменные вещи там можно просто за бесценок – местные обожают торговаться. На каждом шагу – храмы, алтари для молитв. Самый высокогорный аэродром Лукла (откуда начался переход к базовому лагерю), наверное, еще и самый маленький в мире, а его взлетная полоса просто уникальна: длиной всего 200 метров, расположена под углом, с поворотом в конце, чтобы, садясь, самолет быстрее тормозил. Такое вот торжество технической мысли – ну нет в горах места для больших аэродромов. До Луклы из Катманду мы летели на маленьком, почти игрушечном самолетике, лавируя между ущелий. Было довольно страшно – на самолетах я вообще-то летать боюсь.
– Ну, а если на одну чашу весов положить риск, страх и усталость, а на другую – неземную красоту Гималаев, экзотику Непала, что перевесит?
– Сейчас, наверное, первое. Но, может, сказывается усталость. Если Гена Кириевский (руководитель экспедиции, единственный магнитогорец, обладающий международной альпинистской наградой «Золотой ледоруб» – прим. авт.) через полтора года позовет на восьмитысячник, скорее всего, пойду снова. Хотя все меня останавливают, мужики в экспедиции все удивлялись: куда ты лезешь, в эти снега и льды, сиди дома, тебе же еще рожать…
– Кстати, про «рожать». Отец-то о внуке мечтает…
– Да подумываю уже, вот только дождусь, пока папа определится, что ему сначала надо – внука или титул чемпионки мира. Он хочет все сразу.
– Но папа говорит, что ты человек самостоятельный…
– Да, но только, если ему надо, он звонит каждые полчаса, убеждает, пока я не приму нужное ему решение, считая при этом, что я сделала выбор сама (смеется).
– А как же карьера?
– А что карьера? Я всю жизнь в спорте, рождение ребенка на нее не повлияет. Да и нет у меня какой-то особой карьеры, ведь наше ледолазание не нужно никому, кроме нас. Единственную вышку, где мы тренировались и которую построили после первых наших побед на чемпионатах мира (возле храма на берегу Урала), и ту собираются снести. Властям кажется, что она портит внешний вид города. А вышка вообще-то уникальная: единственная во всем Уральском регионе, где можно тренироваться круглый год, летом она превращается в скалодром, зимой – в ледодром. Так что, на титуле чемпионки я, скорее всего, и успокоюсь…
Нет, подумалось мне, это не усталость. Скорее, невозмутимое спокойствие, свойственное человеку, успевшему постичь главный принцип нашей жизни про спасение утопающего. Вместо того чтобы переживать из-за непонимания – живем-то ведь и спортом занимаемся не для властей, а для себя, неисправимый оптимист Юля Олейникова подводит один итог своей жизни и ищет новую сферу приложения своих способностей.
– Да, я в поиске, – снова смеется Юля, – ищу себя, но пока еще не определилась. Скорее всего, мое занятие будет связано со спортом, а вообще – война план покажет.
